Pages Navigation Menu

Московская церковь Назарянина

Вкусное поклонение

Вкусное поклонение

Кто меня хорошо знает, тот спрашивает, налить ли мне чаю, только из приличия, чтобы у меня был какой-то выбор. На самом деле, никакого выбора всё равно нет, потому что люди заранее знают, что от чая я не откажусь. С одной стороны, я действительно люблю чай, но гораздо больше меня привлекает социальная сторона вопроса – возможность посидеть за столом с теми, кто мне дорог.

Часто приходится озвучивать, что трапезы в христианской среде считаю очень важными. Но хотелось бы немного пояснить и систематизировать, почему я с таким энтузиазмом отношусь к ним, обсудить, что же могут дать нам с вами совместные трапезы. У христианской трапезы есть удивительные свойства и возможности, которые вряд ли можно игнорировать и, что называется, грех не использовать.

 

И первым важнейшим атрибутом, который несёт с собой трапеза, является единение между теми, кто находится за одним столом. Совместная трапеза несёт с собой взаимное приятие и доверие между людьми. Во всех без исключения народах мира культура принятия пищи глубоко связана с ритуалами заключения мира, принятием гостей, встречами друзей, с семейным общением.

С древнейших времён это было так. Это отчётливо видно по текстам Библии. Мы можем вспомнить трапезу Иосифа с братьями (Бытие 43:15-33), которые в голод пришли в Египет за хлебом. А ведь когда-то эти люди продали Иосифа в рабство. Приглашение к трапезе выражает то, что Иосиф простил братьев и пожелал восстановить отношения с ними.

Завет между Богом и Израилем, заключённый на Синае, был подкреплён трапезой с самим Богом, как это ни удивительно. «Потом взошел Моисей и Аарон, Надав и Авиуд и семьдесят из старейшин Израилевых, и видели Бога Израилева; и под ногами Его нечто подобное работе из чистого сапфира и, как самое небо, ясное. И Он не простер руки Своей на избранных из сынов Израилевых: они видели Бога, и ели и пили.» (Исход 24:9-11)

В Новом Завете мы вспоминаем слова Иисуса перед тем, как он был предан: «Ядущий со мною хлеб поднял на меня пяту» (Евангелие от Иоанна 13:18). Эти слова являются абсолютным нонсенсом, потому что сложно поверить, что человек, возлежащий со мной на трапезе, может замышлять зло против меня. Говоря это, Иисус цитирует Псалом 40. Там он звучит как: «Даже человек мирный со мною, на которого я полагался, который ел хлеб мой, поднял на меня пяту» (Псалом 40:10). Здесь высказывания «мирный со мною», «на которого я полагался» и «который ел хлеб мой» – это практически синонимы, перечисление взаимозаменяемых утверждений.

И напротив, в Откровении Иоанна, имея в виду принятие Христа церковью, говорит: «Се, стою у двери, и стучу: если кто услышит голос Мой, и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откровение 3:20). Вечерять означает ужинать, и это знак взаимного расположения Христа к церкви и церкви ко Христу, знак единения и доверия. Кто соглашается на мир, кто доверяет, принимает друга, тот непременно садится с ним за стол.

 

Другой бесспорной и неотъемлемой ассоциацией с трапезой, конечно, является праздник, разделение своей радости с кем-то, кому важна эта радость. И в Новом Завете особенно знаменателен образ свадебного пира. В Евангелиях целый ряд высказываний и притч Иисуса связан с празднованием свадьбы. В 25 главе Евангелия от Матфея Иисус говорит, что царство Бога подобно подругам невесты, которые ждут появляения жениха. Происходит это по традиции уже глубоким вечером, и праздник освещается светильниками (факелами). И пока некоторые из девушек побегут за маслом для погасших светильников, как раз придёт жених, и они опоздают на празднество. Всякий, кто приглашён и кто сорадуется жениху и невесте, стремится попасть на свадебный пир. Однако кто-то не попадёт на званый пир. Это те, кто не посчитал достаточно важным как следует подготовиться к празнику, не рассчитал возможность ждать достаточно долго, не зная момента, когда придёт жених.

Другая притча в Евангелии от Матфея также построена на образе свадебного пира. В 22-й главе Иисус рассказывает о царе, приглашающем к пиру на свадьбе его сына. Однако в этойпритче сами приглашённые отказались прийти на празднество. «Они же, оставив его слова без внимания, ушли, кто на своё поле, кто на торговлю свою» (Матфея 22:5). Эта притча звучит весьма жёстко, царь не любит, когда его приглашение игнорируют. Слушатели Иисуса, когда он рассказывал эту притчу, понимали, что брачный пир царского сына символизирует наслупление царства Божьего и приход Мессии. А званые гости – это религиозные деятели тех дней, воспринявшие пришедшего Мессию как конкурента, пытающегося заместить их на пьедестале служения Богу, не дающего им заниматься привычным делом и получать выгоду с него. И жёсткость этой притчи – возможность для слушателей покаяться в том, что они отказываются увидеть в происходящем совершенно очевидное проявление царства Божьего и принять пришедшего Мессию в Иисусе. Иисус рассказывает о том, что места на свадебном пире займут другие приглашённые – это случайные люди с улицы, все те, кто откликнется, кому это действительно нужно. Может быть, опасность, что кто-то другой займёт место на пиру Бога, может способствовать покаянию и собьёт гордость хотя бы с кого-то из иудейских служителей?

Итак, в этих притчах мы открываем ещё один образ. Трапеза в обществе народа Божьего всегда ассоциируется с пиром в Божьем царстве. Собственно, и для христиан совместная трапеза должна символизировать ни больше, ни меньше, царство Божье. Веть мы и есть те люди с улицы, откликнувшиеся на призыв. Сам Бог устраивает для нас пир горой, и мы празднуем с ним.

 

Однако полна ли коробочка? «Господин! исполнено, как приказал ты, и еще есть место». Наполнилась ли церковь теми, кто хочет разделить Божью радость о Христе? Если это не так, тогда трапеза – это возможность поделиться с теми людьми вне церкви, кто нуждается во Христе. Трапеза – это общение. Но общение не в том смысле, который мы привыкли в мире вкладывать в это слово, а тот, который всегда подразумевается под этим словом в Библии. Трапеза в христианской церкви – это общение, возможность сделать что-то общим, а не собственным, поделиться чем-то с тем, кто нуждается.

И дело даже не в еде, хотя и в ней, может быть, тоже. Слава Богу, в нашем обществе люди чаще всего имеют пропитание. Но когда приглашают к столу, человек подсознательно соединяет трапезу со всеми теми атрибутами, о которых идёт речь. Людям нужно единение с Богом, и слыша о совместном чаепитии в церкви, нейронные связи делают гораздо больше выводов, чем человек даже осознаёт для себя. Для него это возможность стать частью сообщества, влиться в него. Итак, трапеза нужна не только для церкви, но и для внешних, и это немаловажный фактор для церкви.

У меня не раз получалось так, что я приглашал знакомых в церковь, на праздник ли, на служение, или на какую-то тематическую встречу, и упоминание готовящегося чаепития в церкви привлекало человека явно больше, чем что-либо ещё. Плохо ли это? По-моему, нет. Совершенно очевидно, дело совсем не в том, что человек хочет попить чаю. Дело в том, что чаепитие позволяет сделать встречу гораздо комфортнее даже для нового человека, проще влиться в общество, И человек знает это, и перестаёт сомневаться и думать, как ему придётся вести себя в новой для него обстановке.

 

Теперь давайте посмотрим, что же нам расскажет о себе пасхальная трапеза? Это очень выразительная трапеза. То, как она должна была проводиться в Ветхом Завете, установлено в самом законе таким образом, чтобы это был рассказ об истории освобождения Богом еврейского народа из Египта и о верности Бога по отношению к его народу во все времена. Каждое блюдо своим вкусом и подачей в своё время символизировало определённые события и утверждения и подкреплялось рассказом ведущего. Благодаря такой трапезе из поколения в поколение передавались воспоминания о событиях далёкого прошлого и ожиданиях будущего, воспитывалось почитание Божьего присутствия со своим народом. Значение пасхальной трапезы для рассказа о Боге никак невозможно преувеличить.

Среди прочего в пасхальной трапезе по иудейскому обычаю всегда была чаша, которую специально ставили для Мессии, если он вдруг придет для того, чтобы участвовать в трапезе вместе с возлежащими. Таким образом, каждый год во время пасхи декларировалось ожидание народом Мессии, который должен прийти и установить царство Бога на всей земле.

 

А последняя пасхальная трапеза Иисуса Христа стала очень трепетным и совершенно особенным событием. Она определённо была важна и для него самого: «Очень желал Я есть с вами сию пасху прежде Моего страдания» (Евангелие от Луки 22:15). Эта пасха становится кульминацией рассказа Христа о любви к своим ученикам, о том, насколько они близки ему. И наиболее естественным было рассказать об этом при помощи возлежания за одним столом. Совместная трапеза – выражение любви.

Некоторые ученики по своему обыкновению и в этот момент спорят, кто из них будет больший, когда Иисус воцарится. Конечно, совершенно необходимо было прервать эти споры между подчинёнными о местах рядом с Господом. И Господь начинает служить своим слугам, своим ученикам, показывая, что же на самом деле означает быть больше в царстве Божьем. Иисус прямо посреди торжественного ужина, прерывая обычный ход праздника, встаёт из-за стола, опоясывает себя полотенцем и начинает мыть ноги ученикам, чем немало их шокирует.

Среди учеников также есть один человек, который не участвует в выборе места поближе с троном, но помышления которого ещё меньше сочетаются с праздничным застольем. Да, это Иуда. Иисус знает о том, что Иуда планирует выдать его властям как преступника. Тем не менее, Иисус помыл ему ноги, равно как и другим ученикам, и теперь снова возлежит с ним за столом и подаёт ему кусочек одного из пасхальных блюд: «человек …, который ел хлеб мой, поднял на меня пяту».

В чём же разница? Почему в одном случае Иисус прерывает трапезу и приструняет учеников, а в другом позволяет вынашивающему планы против него, сидеть за столом и, более того, служит ему? Ответ прост. Действиями Иисуса руководит любовь, любовь до конца: «Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их». В обоих случаях он показывает безмерную, максимально возможную для каждого из этих случаев любовь к ученикам.

 

Последняя пасха Христа посвящена ему самому от начала до конца. Если чин празнования пасхи до этого посвящался воспоминанию о милости Бога к своему народу и ожиданию царства Бога, в том числе, ожиданию Христа, то с этого момента пасха рассказывает о пришедшем Христе. Ветхий Завет исполнил свою основную цель – указать на Христа, Агнца, берущего на Себя грех мира. Теперь это обетование исполнилось, и Бог заключает Новый Завет. Иисус меняет смысл пары символов из тех, которые составляют пасхальную трапезу. Преломление хлеба, с которого всегда начиналась вечеря, отныне посвящено воспоминанию о страданиях Христа. Чаша после вечери, символизирующая ожидание пришествия Христа, приобретает новый смысл – символ пролитой Христом крови.

Так же как Израиль был принят в завет с Господом, стал Его народом и был введён Богом в землю обетованную, теперь Бог заключил Новый Завет и избрал Себе больший народ, и введет его в лучшее царство – вечное царство Божие: «Отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в Царстве Отца Моего». И как ранее пасхальная трапеза, так теперь причастие призвано наставлять людей из поколения в поколение, рассказывать о Завете Бога в крови Христа и делать нас причастными к этому Завету.

Новые символы старой праздничной вечери – это повтановление Христа для его народа. Сам Иисус, предлагая новые символы, сказал: «Всякий раз, когда будете пить, делайте так в моё воспоминание». В Первом Послании Коринфянам 11 апостол Павел приводит нам точную формулировку слов этого установления. Павел говорит, что передает дальше то, что он принял как передаваемое от самого Христа.

 

Тему христианской трапезы можно исследовать глубже и глубже, эта тема далеко не исчерпана сказанным. Во время трапезы есть опасность собираться только ради еды или только ради разговоров. Как в своё время люди пошли за Иисусом, «потому что ели и насытились», а не потому что им нужен сам Иисус. Все мы эту опасность и без напоминаний хорошо понимаем, и как можем, избегаем. Но осознаём ли мы все возможности, которые даёт нам совместная трапеза? Трапеза учеников Христа не только очень символична, но и очень практична. Поэтому хочется сделать некоторые практические выводы.

По четвергам мы проводим классы (малые группы). Мы начинаем общение с трапезы, и если осознавать весь тот символизм, что несёт в себе трапеза и о чём мы сегодня говорили, меняется не только отношение к происходящему, но к каждому, кто сидит рядом с тобой. Люди становятя дороги и проведённое вместе время не может быть тщетным, оно проходит вместе с Богом в его царстве. И дальше, когда мы рассказываем в классе о том, как прошла неделя у каждого из нас, делимся друг с другом своей жизнью, всё это вместе обретает особую ценность. Пусть мы не умеем как следует организоваться, с Божьей помощью сделаем и это, чтобы использовать каждую драгоценную минуту пребывания рядом друг с другом.

По воскресениям после богослужения мы собираемся на чаепитие. Наверное, неправильно даже говорить «после богослужения», потому что это является (или хотя бы может являться при надлежащем отношении участвующих) неотъемлемой его частью. Мы можем использовать это чаепитие максимально, соединяясь вместе как один организм, одна семья. Мы можем получать наставление друг от друга и от Бога, изучая Слово Божье, вспоминая всё то, что Бог делает для нас, все его обетования. Мы можем иметь общение друг с другом, то есть делиться тем, что у нас есть, с теми, кому это нужно, и это не только еда, но и нужды, знания, время. Мы можем приглашать родственников, знакомых, собеседников с улицы, и им будет комфортно присоединиться к нам на чаепитии. Мы можем каждый раз пребывать со Христом в царстве Божьем на пиру, который он с любовью устраивает для нас.

Николай Скворцов
Январь 2016

ОГРН 1027739519884 ИНН 7726084980 КПП 772701001
г. Москва, 117452, ул. Азовская, д. 39, к. 1
тел. +7(495)318-00-33 moscownazarene@mail.ru http://moscow.nazarene.ru/
Местная религиозная организация евангельских христиан «Церковь Назарянина»